Месть Игоря Крутого? Тайна потерянного клипа «Блуждающий огонь», кассета из прошлого и забытая певица

Сначала это была просто песня в эфире петербургского телеканала, потом двадцатисекундный фрагмент клипа, который десятилетиями будоражил память зрителей. Сегодня история «Моего блуждающего огня» раскрыта: за ней — забытая певица, «Ленфильм», месть Игоря Крутого и семейная драма. Подробности — в материале «Фонтанки».

Первый показ и забвение

Осенью 1995 года петербургский музыкальный канал NBN, тогда еще известный как 22-й канал , показал клип на новую песню. Видеоряд был типичным для середины девяностых: девушка в белом платье поет на фоне картонной ротонды, ее обступают кларнетист и виолончелист, всё залито дымом. Слова — «мой блуждающий огонь затерялся без следа в чужедальней стороне…» — непонятный любовный символ, вызывавший ассоциации с необъяснимым блуждающим светом, который в русском фольклоре считался призраком заблудшей души.

Песня пришлась на период, когда музыканты пользовались эфиром NBN как пробной площадкой, и внимание зрителей она не привлекла. Поэтому после нескольких трансляций клип растворился в эфире, а у телепродюсеров и музыкантов не осталось ни копий, ни сведений. Тем не менее песня удивительным образом сохранилась в памяти поколения 90-х.

Первое упоминание композиции в интернете относится к 1999 году: на музыкальном форуме пользователь Дмитрий Соколов просил подсказать исполнителя, но ответа не получил. Подлинный всплеск интереса случился в 2017‑м, когда владелец старых кассет Александр Александров снял тридцатисекундный фрагмент клипа на телефон и опубликовал его в ностальгическом сообществе «Старый добрый NBN» во «ВКонтакте».

С тех пор отрывок с логотипом 22‑го канала бродил по Сети — его постили на танцевальных порталах и обсуждали на англоязычных и русскоязычных форумах. К 2024 году к поискам присоединились сотни энтузиастов, решивших во что бы то ни стало отыскать таинственную песню из своего детства. За дело взялись со всей серьезностью.

Как искали песню

В англоязычной среде есть такой термин lost media, или «утраченные медиа». Так называют фильмы, песни, телепередачи и другие произведения, которые когда-то выходили в свет, но со временем исчезли — сохранились лишь фрагменты или упоминания. Поиск таких артефактов превратился в целую интернет-субкультуру: энтузиасты годами разыскивают записи на старых кассетах и в архивах, восстанавливая утерянные куски массовой культуры. И вот «Мой блуждающий огонь» стал, наверное, самым известным примером lost media в России.

Участники сообщества «потерянной музыки» занимались настоящими расследованиями. С отрывка удалось списать текст, и поисковик вывел на страницу поэта Виктора Ионова-Долгуши: в 2011 году он опубликовал стихотворение «Блуждающий огонь» на музыкальном портале. Подробной информации о нем мало; на сайте RealMusic автор называл себя «версификатором», лауреатом конкурсов и соавтором песен для эстрадных звезд. Однако Ионов скончался, и этот след оборвался.

Однако фамилия поэта помогла найти композитора: в реестре Российского авторского общества (РАО) была строчка «Блуждающий огонь» с музыкой Виктора Сигала, работающего под псевдонимом Виктор Чайка. Композитор родился 11 декабря 1958 года в Одессе, играл на скрипке, пианино и барабанах и после службы в армии преподавал в московской джаз‑студии.

В 1980‑х он работал в группе «Веселые ребята», но вскоре полностью посвятил себя композиторской работе — именно он написал хиты «Зимний сад» и «Пепел любви» для Алексея Глызина, позже для него же сочинил песню «Ты не ангел». Популярность заставила музыканта сменить фамилию: фамилия Сигал напоминала актера Стивена Сигала, и он перевел ее как «чайка». Однако сам Чайка, как вспоминают участники чатов, долгое время не отвечал на запросы и говорил, что не помнит столь раннюю работу.

Узнать имя певицы оказалось куда сложнее. На отрывке угадывалась юная женщина с длинными темными волосами, но поиски в социальных сетях результатов не дали. На форумах выдвигались самые разные версии — от певицы Ольги Фаворской, с которой Чайка действительно работал, до топ‑модели Юлии Алексеевой. Участники составили таблицу из тридцати возможных кандидаток, писали им и даже обращались к ведущим передачи «Жди меня». В 2024 году энтузиасты наняли частного детектива, заплатив 30 тысяч рублей, но тот тоже ничего не нашел.

Решение неожиданно пришло от чиновников. В июле 2024 года РАО сначала отказалось раскрыть имя исполнителя без разрешения правообладателя, а через несколько дней все‑таки сообщило, что песню исполнила Наталья Яблонская.

Первоначально эта информация вызвала недоверие: в соцсетях есть десятки женщин с таким именем, и никто не подтверждал участие в клипе. Тогда участники чата начали искать другую песню, также зарегистрированную на Яблонскую. Композитор Александр Федорков заявил, что для фестиваля «Песня года» он писал композицию «Вот и кончилась любовь» на стихи Валерии Горбачевой, и ее должна была исполнять Яблонская, но выступление отменили.

Поэтесса Горбачева вспомнила, что певицу продюсировал ее отец, и это навело поисковиков на след: они нашли в «Советском спорте» заметку о члене совета директоров московского футбольного клуба «Динамо» и бизнесмене Юрии Яблонском, у которого была дочь по имени Наталья Верич.

Встреча с певицей

Страница Натальи Верич во «ВКонтакте» подтвердила догадку: на аватарке была фотография в той самой ротонде, построенной декораторами киностудии «Ленфильм».